Батина Повесть.

Седеющий бигль , помелькав 10- 20 раз туда-сюда-обратно перед моими глазами, наконец заскочил на кровать и уютно свернулся калачиком в центре моей чистой подушки. Ну привет, мы так-то не договаривались. Я стянула упирающуюся и недовольную собаку в нужный и дозволенный угол кровати. «Ну привет..» - мрачно подумал Бигль и недовольно спрыгнул вниз на пол. Его унизили мои действия, потому как они были выполнены мной, а не им. Он, конечно, сейчас вернется, туда же, на то же самое, мной определенное место, но вернется сам! Без всякой нашей там подсказки и ненужной помощи, потому как он САМ выбрал, как ему кажется, это место в дальнем углу кровати. Вот ведь характер!

Сдались мы давно, честно сказать, сразу, с появлением Бигля в доме. Меня вообще поражает, как эта собака может думать, что я могу вообще ничего не могу думать по его поводу?! Столько лет живя среди собак, я научилась понимать и принимать уважение к себе этих неугомонных «компонентов» моей разрастающейся стаи. Но, боже мой, Бигли – это совершенно другое восприятие! Это не они, а, оказывается, я должна научиться их понимать, принимать, соглашаться с их причудами, идти у них на поводу, мучительно догадываться, по какой причине снова сожрана подстилка или нассано в неположенном месте.

Кстати, мои незначительные победы над Биглем - неоспоримы! Максимум, что они мне позволили – это научить их не гадить и не орать дома. И то, не сразу и не каждый раз. Но я горжусь, как полководец, даже этим небольшими, но устойчивыми завоеваниями, тк они дорогого стоят.

Батя – весомый основательный американский самец, привезенный из США, решительно и захватнически обосновался не только в нашей семье и квартире, но и в нашей лабрадорской непоседливой жизни. Он подчинил себе все и всех. Два года мы с Юлей с разной степенью успеха бились за его представление в России, сопровождали его на выставки, грели, обеспечивали удобствами и комфортом его Величество. Он не хотел есть, плевался всеми видами корма, надевал гримасы на и без этого несчастное лицо..

Три года Батя позволял себе откровенно зевать в лица уважаемым экспертам во время осмотра на самых крутых и важных выставках, или просто отказывался показываться – корчил рожи, горбатил спину, коряво и обессиленно бежал и спотыкался в ринге.. Он чихал нам в лицо своими нерусскими соплями, надевал на себя маски недовольства и изжоги, которые мы все, людишки, давно у него вызывали. На четвертом году жизни Батя снизошел до нашего уровня. Он научился или привык попросту к нам, таким неугомонным и настойчивым, допустил нашу семью и Юлю в свое сердце, с математическим расчетом отведя каждому его скромное местечко в своем большом бигле-сердце. Нереальная собака, абсолютно независимая и гордая.

Живя в России все эти годы, подчиняясь нашим законам, Батя совершенно орусифицировался, что радует. Он стал мягче и нежнее.

Применив на себя статус руководителя, лихо и отчаянно воспитывал своих и чужих шумных лабрадоров, активно "наезжая" на них по делу и просто по настроению.. Лабрадоры откровенно удивлялись - драки - это непозволительное и запретное поведение в нашем доме, а уж драки с маленьким недостойны никого! И прощали, смущаясь, эту назойливую наглость маленькому Биглю. И если вдруг кто-нибудь осмеливался, пройдя все грани терпения, резко ответить наглецу, то мы видели перед собой несчастного, плачущего малыша с человеческими глазами, полными слез: "Ну как вы могли?!" Бигли умеют плакать...

Он научился (или вспомнил) воровать, изощренно, талантливо открывая все дверцы и замочки, холодильники, баночки, ведра, сумки.. Поглащая все ворованное быстро, не торопясь, с достоинством и соразмерностью, или, выдирая куски вкусной еды у Мамая, научился заглатывать их, не разжевывая, захлебываясь от жадности, при этом ложась грудью на чужую миску, одновременно "оттирая" от нее плечом 45-килограммового лабрадора. Обжора и вор! У него восстановился породный аппетит, и теперь это большая проблема, тк накормить стаю, отпихивая Батю от мисок слабых-это серьезная, требующая ловкости, техники ног и командного голоса задача.

Конечно, Батюша сохранил свой суверенитет. При этом научился виртуозно попрошайничать, со вкусом петь в компаниях и на БИС, вымогать еду в любой позе, а неудобных у него не бывает. Научился спать, не мешая нам, не наступая на мягкие и уязвимые части тела, научился вилять толстым хвостом, улыбаться и по-дурацки закладывать уши, если напроказничал. Батя стал обычным Биглем, но остался Батей. А знаете, какая моя самая смешная мечта? Я хочу увидеть его глаза, когда Батя лизнет меня в лицо. Этого он за свои 5 лет не сделал еще НИКОГДА.

P.S. Оглянулась назад - Батя лежал в центре моей подушки... Господи, о чем я?